Перестрелки, расизм и наркотики

Перестрелки, расизм и наркотики

12.12.2018 Проблема
RUSREK
(0)
Поделитесь с друзьями:
Перестрелки, расизм и наркотики

Нью-Йорк — мегаполис, возможно, с самой высокой концентрацией финансовых структур и бизнес-организаций.Однако это все касается лишь центральной и самой благоустроенной части города, тогда как окраинные районы значительно отличаются от центра Нью-Йорка.

Географически Гарлем находится в границах Манхэттена, но на практике ничем не напоминает лощеный центр. “Я вышел на улицу из метро, и в этот момент вам нужно вспомнить все фильмы про “черные” кварталы. Мне было очень некомфортно идти по улицам. Вокруг очень грязно, много мусора даже по меркам Нью-Йорка. На каждом шагу полицейские патрули, много бездомных. Часто встречались люди под воздействием наркотических веществ, на станции валялись шприцы”, — говорит Али, больше года живущий в Нью-Йорке по программе Work & Travel и оказавшийся в Гарлеме в поисках подходящего жилья.
Местные жители утверждают, что их сыновья выходят на улицы, так как не могут устроиться на работу. По-прежнему мало тех, кто продолжает свое образование после окончания школы. Джеймс Пэйн, гарлемский бизнесмен, рассказал о своем сыне и его выборе: “Он выбрал быть там (на улице), и я вижу это. Если бы у него было достаточно дисциплины, чтобы понять, что он должен поступить в колледж, делать все и ждать, позволить благам приходить к нему постепенно. Но они не думают на этом уровне”.
Модель поведения, присущая местным жителям гарлемитам, передается от поколения к поколению, так как социальные условия в районе не меняются, и молодежь начинает заниматься нелегальными видами деятельности, поскольку для них это один из единственных способов немного заработать и, возможно, повысить свой статус в глазах соседей или банд.
“Я знаю, что некоторые наркодилеры обеспечивают наши школы учебниками, покупают портфели для детей, одежду, просто дают деньги школам. В этом особенность нашего коммъюнити. Что бы ты ни делал, даже если продаешь наркотики, то должен вернуть что-то
обществу”, — говорит 23-летняя жительница Гарлема Тиффани.
Строго говоря, Гарлем не может считаться ни настоящими трущобами, ни гетто. Для первого — в нем все же слишком много благ цивилизации: коммунальная и иная инфраструктуры, распространенны на весь Нью-Йорк. А гетто определяет именно принудительное переселение в район людей, дискриминируемых, например, по расовому признаку.
Банды Нью-Йорка
Основная часть населения района представлена афроамериканцами и мигрантами из Латинской Америки. Массовое заселение ими Гарлема начало происходить в 20-е годы прошлого столетия. К 1930 году доля темнокожего населения в Центральном Гарлеме возросла с 10% до 70%. Великая депрессия перечеркнула планы многих на трудоустройство, а поскольку именно мигранты были основной рабочей силой на закрывавшихся предприятиях, по ним это ударило особенно больно. Люди были не в состоянии оплачивать жилье, и их выселяли из домов на улицу.
На фоне обостренной социально-экономической ситуации в районе стали происходить бунты — один из самых крупных и, по сути, первый современный “расовый” случился 19 марта 1935 года. Все началось со слухов об избиении подростка-пуэрториканца, пытавшегося ограбить магазин. Сначала демонстрация перед лавкой носила мирный характер, но кто-то из толпы бросил камень в витрину, после чего начался погром предприятий и магазинов, принадлежавших белым гражданам. В результате погибли три человека, сотни были ранены, по приблизительным оценкам, всему району был нанесен ущерб в размере $ 2 млн.
С тех пор уровень преступности только рос. В 1940 году в районе совершалось около 100 убийств в год. К 1950 году практически все белые покинули Гарлем, а к 1960-му весь средний класс среди темнокожего населения. Отразилось это и на
этническом составе преступности.
Итальянскую мафию, господствовавшую в Гарлеме в 20-е годы, сменили местные банды, которые организовывали афроамериканцы, пуэрториканцы и кубинцы.
В период с 1953-го по 1962 годов уровень подростковой преступности возрастал в целом по всему Нью-Йорку, однако показатели по Гарлему были на 50% больше, чем во всем городе. Существенную долю от “преступного пирога” составляла нар которговля: из 30 тыс. наркозависимых всего города по состоянию на 60-70-е годы 15-20 тыс. человек жили именно в Гарлеме.
Наркоманам приходилось красть, чтобы оплачивать покупки новых доз, а дилеры конфликтовали друг с другом за границы торговли и право продавать товар в том или ином районе или насилием решали
вопросы после неудачных сделок.
Из-за агрессивной полицейской политики, проводимой с середины 1990-х, разгул преступности удалось если не остановить, то заметно затормозить. Так, по данным Департамента полиции Нью-Йорка, если в 2000 году было зафиксировано 1,7 тыс. грабежей, то в 2010-м уже 1,1 тыс.
Миллионеры в трущобах
В последнее время бандитский оскал Гарлема стал постепенно меняться на хипстерскую ухмылку. В районе активно идет процесс джентрификации как ранее в ставшем синонимом этого слова Бруклине. В результате уровень благополучия местного населения медленно, но верно растет — как и арендная плата за жилье. По крайней мере, население той части Гарлема, что расположена ближе к Центральному парку, представляет собой образованную молодежь, занимающуюся развитием своей карьеры.
“Гарлем сейчас — это новый Уильямсберг (район на севере Бруклина) на этапе развития, рассказывает Андрей, фотограф, проживающий в Нью-Йорке больше четырех лет — Цены там уже почти как на Манхэттене. Люди, которые живут здесь, знают, что Гарлем — это лучшая перспектива. Скажу так, я  хотел жить бы в Гарлеме. Начиная с 111-й улицы цены ползут вниз, и это еще даже не конец парка, а рядом — везде музеи, колледжи. Очень круто”.
Район действительно развивается именно благодаря развитию внутренней инфраструктуры. Это значительно способствует заселению Гарлема студентами и молодыми специалистами. Частью официального возрождения Гарлема можно считать и то, что экс-президент Билл Клинтон в 2001 году открыл офис именно в этом районе. Там же находится множество библиотек, городских вузов и колледжей Нью-Йорка.
Так, в 1954 году в Сент-Луисе был построен жилой комплекс “Пруитт-Айгоу”, призванный решить жилищный вопрос для молодых квартиросъемщиков с достатком ниже среднего. В итоге плотность заселения оказалась выше, чем в городских трущобах, а о полноценных общественных пространствах не позаботились.
Комплекс состоял из 33 однотипных многоэтажек, расселение здесь планировалось производить по принципу сегрегации. Отмена этой политики вскоре после появления “Пруитт-Айгоу” не остановила массовый отъезд большинства более обеспеченных квартиросъемщиков. В течение двух лет после заселения в комплексе остались только малообеспеченные жители, на улицах процветала преступность, закрылась районная школа, так как дети улиц не были способны к обучению, а их родители отказывались платить за коммунальные услуги. В 1970 году власти объявили “Пруитт-Айгоу” зоной бедствия и начали отселение жильцов, все закончилось тем, что в 1974 году комплекс сровняли с землей.
Предотвратить превращение жилой среды в гетто или попытаться улучшить ситуацию в плохом районе можно, только достигнув баланса интересов и потребностей разных социальных групп.
Анна Манукян


Автор:  RUSREK

Возврат к списку


Добавить комментарий
Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Защита от автоматических сообщений